Рубрика: Экономика

Попытка Шумпетера сформулировать каталлактическую теорию требований

Называть деньги требованиями — означает прибегать к аналогии, против которой как таковой трудно выдвинуть какие-то обоснованные возражения. Хотя это уподобление, как и все вообще уподобления, в не-которых моментах бьет мимо цели, для многих оно может упростить понимание природы денег. Следует исходить из того, что аналогия не есть объяснение, и было бы величайшим преувеличением говорить о теории, трактующей деньги как требования, поскольку само по себе построение аналогии ни на шаг не приближает нас к какой бы то ни было теории денег, которую можно изложить понятным языком. Единственный возможный способ построить теорию денег на базе аналогии с требованиями мог бы состоять в том, чтобы проинтерпретировать требование как нечто похожее на билет в зал ограниченного размера, так что увеличение количества выпущенных билетов означало бы соответствующее уменьшение площади зала, находящейся в распоряжении каждого обладателя билета. Вместе с тем эта интерпретация содержит в себе и очевидную опасность, состоящую в том, что использование данной иллюстрации в качестве отправной точки может привести лишь к подчеркиванию того факта, что между общим количеством денег и общим количеством товаров имеется некое несоответствие. Однако оперирование этими агрегатами есть не что иное, как старейшая и наиболее примитивная версия количественной теории, несостоятельность которой не нуждается в дальнейшем обсуждении.

Таким образом, и до сего времени аналогия с требованиями приводит к появлению в системе положений теории денег весьма сомнительной сущности, которая к тому же, вопреки тому, как это поначалу кажется, не привносит в теорию ничего более существенного, чем то обстоятельство, что такой способ ее изложения может быть легко понят всеми. Даже в отношении работ Бендиксена, который был бы рад, если бы его туманные аргументы кто-нибудь назвал теорией требований, концепция требований не добавляет ничего существенного. Однако совсем недавно Шумпетер предпринял весьма изощренную попытку разработать настоящую теорию ценности денег, отправляясь от аналогии с требованиями, т.е. попытался разработать каталлактическую теорию требований.

Фундаментальная трудность, которую нужно принимать во внимание при всякой попытке построить теорию ценности денег, опираясь на концепцию требования, состоит в необходимости сопоставлять ко-личество денег с некоторой другой совокупностью, подобно тому как в аналогии с залом количество билетов сопоставляется с его совокупной площадью. Такое сопоставление необходимо в рамках доктрины, рассматривающей деньги как «требования», особенность которых состоит в том, что эти требования относятся не к определенным объектам, а к доле в товарной массе. Шумпетер пытается избежать этой трудности, начиная (и здесь он следует традиции, восходящей к Визеру) не с количества денег, а с суммы денежных доходов, которые он сопоставляет с суммой цен всех потребительских благ. Такое сопоставление было бы оправданным, если бы деньги не употреблялись ни на что, кроме приобретения потребительских благ. Однако такое предположение, очевидно, является необоснованным. Деньги противостоят не только потребительским, но и производственным благам. Кроме того (и здесь это является важнейшим практическим соображением) деньги служат не только для обмена производственных благ на потребительские, но также — и гораздо более часто — для обмена одних производственных благ на другие производственные блага. Таким образом, Шумпетер может обосновать свою теорию, лишь исключив из рассмотрения значительную часть того, что обращается как деньги. Он заявляет, что товары (commodities) в действительности противостоят лишь той части совокупного количества денег, которая обращается, что только эта часть непосредственно связана с суммой всех доходов, что лишь она выполняет сущностную функцию денег. Таким образом, «чтобы получить количество денег, находящихся в обращении, т.е. то, что является предметом нашего рассмотрения», должны быть вычтены (помимо прочих) следующие позиции:

  1. сокровища;
  2. «суммы, которые не имеют применения, но ожидают его»;
  3. резервы, под которыми мы должны понимать такие суммы денег, «ниже которых экономические агенты никогда не позволяют опуститься своим остаткам, дабы быть готовыми к непредвиденным потребностям».

Но даже элиминирование этих сумм не является достаточным — мы должны пойти еще дальше, поскольку теория суммарного дохода рассматривает даже не все количество денег в обращении. Мы должны еще исключить «все те суммы, которые обращаются на рынках „перераспределения доходов», а именно на рынке недвижимости, на ипотечном рынке, на рынке ценных бумаг и тому подобных рынках».

Эти ограничения не просто служат иллюстрацией невозможности статистически определить понятие денег, как это думает Шумпетер. Они также выбивают опоры из под его собственной теории. Все, что нужно сказать об отделении сокровищ, неиспользуемых денег и резервов от остаточного количества денег, уже было сказано выше. Говорить о «суммах, которые не имеют применения, но ожидают его», недопустимо. В точном и строгом смысле слова — а теория должна использовать всё в точном и строгом смысле — в ожидании применения находятся все деньги, которые в данный момент не меняют владельцев. Однако было бы некорректно называть эти деньги «не имеющими применения» — будучи частью резервов, они удовлетворяют спрос на деньги и, следовательно, выполняют характерную для денег функцию. Позже Шумпетер предлагает исключить из рассмотрения и те суммы, которые обращаются на рынках перераспределения доходов, и мы можем лишь спросить — так что же тогда останется?

Шумпетер должен насиловать собственную теорию для того, чтобы представить ее хоть сколько-нибудь обоснованной. Ее нельзя сопоставить с подходом, в рамках которого совокупное количество денег противопоставляется совокупному спросу на них (т.е. совокупному спросу экономических агентов на [денежные] резервы), поскольку в действительности она не претендует на что-то большее, чем анализ незначительной части всей проблемы. Для того чтобы иметь хоть какое-то применение, теория должна пытаться объяснить проблему в целом. Теория Шумпетера произвольно расщепляет запас денег и спрос на деньги — для того, чтобы произвести сопоставление, которое без этого было бы невозможно произвести. Если Шумпетер начинает с утверждения, согласно которому совокупное количество денег распределяется по трем сферам (во-первых, сфера обращения, во-вторых, сокровища и резервы и, в-третьих, капитал), то, если он хочет построить полную теорию денег, он должен повторить то сопоставление, которое он делает для сферы обращения (между совокупным количеством потребительских благ и суммарным доходом), и проделать то же самое для двух других сфер, поскольку они не являются неважными для определения ценности денег. Изменения количества денег, запрашиваемых или доступных для сокровищ и резервов (отвлечемся от бессмысленности этого разделения) или для сферы капитала, воздействуют на ценность денег точно так же, как на нее воздействуют изменения в сфере обращения. Ни одна теория ценности денег, претендующая на полноту, не отважилась вовсе пренебречь каким бы то ни было анализом того воздействия, которое процессы в сфере образования сокровищ и резервов, а также капитала оказывают на ценность денег.

Итак, мы видим, что даже Шумпетер оказался не в состоянии разработать полную каталлактическую теорию денег, отправляясь от теории требований. Тот факт, что его попытка превратить теорию требований в каталлактическую теорию денег вынудила его прибегнуть к невероятному сужению проблемы, является лучшим доказательством тезиса, в соответствии с которым полноценная каталлактическая теория денег не может быть построена на базе аналогии [денег] с требованиями. В итоге своего замечательного исследования он пришел к выводам, которые не сильно отличаются от тех, что были получены с помощью других подходов и другого инструментария, при построении других каталлактических доктрин, что позволяет говорить о том, что в определенной мере он мог найти их в других работах и воспринять их оттуда. Эти выводы ни в коей мере не следуют из его фрагментарной теории денег, каковую теорию он действительно разработал самостоятельно.

Comments are closed .