Рубрика: Экономика СССР

Социалистическое плановое хозяйство — хозяйство для блага человека

Вспомним аргументацию «теоретиков» рыночного хозяйства. По их мнению, цели развития экономики в рыночном хозяйстве определяются потребителями. А вот централизованно управляемое хозяйство — социализм — якобы чуждо потребительским интересам. Не при социализме, а как раз при капитализме потребности людей являются целью производства. Анализ общественных условий рабочего класса, проделанный например, в книге Ф. Энгельса «Положение рабочего класса в Англии», относится якобы только к ранней стадии капитализма, уже давно оставленной позади. По их мнению, США представляют собой «общество благосостояния», они уже достигли такого этапа развития, который социалистическим странам еще только предстоит. Но для этого, по мнению указанных «теоретиков», им необходимо прежде всего ликвидировать плановое хозяйство и т. п. О том, что все это совершенно нежизненно, говорят следующие факты. Кстати, им не нашлось места в предлагаемой схеме рыночного хозяйства.

  1. В большей части мира и теперь еще господствуют условия, которые по своей сути и по многим формам проявления не отличаются от тех, которые описаны Ф. Энгельсом в его вышеназванной книге. И эти условия не только капитализмом созданы. Он покорил многие из этих стран более столетия назад и несет поэтому безраздельную ответственность за указанное наследие, но и до сих пор капитализм стремится сохранять там эти условия. Хотя механизм эксплуатации изменился, например теперь применяют государственную «помощь» развивающимся странам в качестве премии за частнокапиталистическую эксплуатацию их населения монополиями империалистических государств, но в целом империализм выкачивает, как и прежде, из этих стран во много раз больше того, что он в них инвестирует.
  2. То, что рабочие в цитаделях капитализма сегодня имеют значительно более высокий материальный уровень жизни, чем 150 лет назад, вряд ли можно поставить в заслугу этой системе. Во-первых, и уровень производительных сил теперь несравненно выше, и, во-вторых, ведь всякое улучшение жизненных условий рабочий класс вынужден был отвоевывать в борьбе против этой системы, преодолевая ее противодействие. Но несомненным обвинением капитализму должно служить то, что он даже в таких своих цитаделях, как США, не смог устранить массового голода и нищеты (число голодающих в США в 1972 г., по официальным данным, составляло около 10 млн. человек).
  3. Капитализм не только не освободился от своих традиционных недугов, но и порождает все новое зло. Растущая бессодержательность человеческих отношений, отстранение трудящихся от принятия всех основополагающих, глубоко влияющих на их жизнь решений, увеличивающаяся духовная пустота среди индустриализированного балагана развлечений, преступность и наркомания как массовые явления порождают чувство неустроенности, бессмысленности жизни.
  4. В концепции рыночного хозяйства производитель является, как правило, не чем иным, как свободным предпринимателем — центральной фигурой рыночной конкуренции, объектом восхваляемых благотворных влияний «свободного рынка». Для широких народных масс эта концепция имеет в запасе проповедь о «свободном потребительском выборе», тезис о господстве потребителя. Но трудящиеся являются вначале производителями этих благ и в качестве таковых эксплуатируются хозяевами. Кроме того, система рыночного хозяйства подвержена инфляции, которая автоматически и постоянно снижает существующий жизненный уровень. Это означает, что рабочий класс в капиталистических странах должен бороться и за простое поддержание уже достигнутой реальной зарплаты, добиваясь увеличения номинального ее прироста. Как только эта борьба ослабевает, неизбежно следует снижение реальной заработной платы.
  5. Как же в действительности обстоит дело с хваленым суверенитетом потребителей? Здесь прежде всего необходимо указать нa то, что капиталистическое рыночное хозяйство не в состоянии использовать огромные возможности научно-технической революции в интересах человека. Речь идет не только о том, что паразитическая капиталистическая реклама ощутимо удорожает многие изделия (например, моющие средства на 30%), что по соображениям прибыли достижения научно-технического прогресса подчас десятилетиями не находят применепия (например, стереофония около 20 лет), что моральный износ предметов потребления искусственно форсируется (американские автомобильные концерны израсходовали за 1949—1960 гг. на новые модели автомашин, которые при этом не претерпели существенных технических изменений, гигантскую сумму — 560 млрд. долл.), что в конструкции промышленных товаров массового потребления намеренно вносятся недостатки, чтобы обеспечить будущий сбыт, и т. д. Еще важнее деформирование человеческих потребностей и этим самым поведения людей, превращение человека в раба вещей, растущая формализация, цинизм, огрубление человеческих отношений. Особенно отталкивающе то, что производство и применение средств уничтожения человека являются при империализме доходнейшим «рынком». Паразитизм этой системы проявляется везде, в том числе и в сфере потребления.

На фоне достижений социализма пороки капиталистического строя все чаще признают даже люди из господствующих слоев, которые причину этого явления видят в общественной системе, базирующейся на капиталистической частной собственности. Появление и активное обсуждение буржуазными идеологами в последнее время термина «качество жизни» с учетом, что материальное благополучие не может быть единственным мерилом человеческого счастья, объясняется прежде всего тем, что именно социализм обеспечивает все более полное удовлетворение материальных и культурных потребностей людей, расцвет личности. Это значит, что социализм сегодня определяет мерку, по которой трудящиеся многих стран, даже несоциалистического мира, оценивают общественный строй.

Следует заметить, что предназначение социализма состоит не только в высоком росте производства и повышающемся материальном уровне жизни. Конечно, растущее материальное благосостояние трудящихся относится к основной цели социализма, но не изолированно само по себе, не только потому, что оно является важным самостоятельным моментом жизненных условий человека, но и потому, что составляет материальную основу всестороннего развития человеческой личности, растущего богатства и многообразия ее духовных, культурных интересов, ее общественных отношений.

Правильными являются такие пути повышения материального благосостояния, которые в большей степени способствуют развитию социалистического образа жизни. Растущий материальный достаток без соответствующего повышения культурного уровня жизни может благоприятствовать мелкобуржуазным, несоциалистическим формам поведения. Активность трудящихся обусловлена не только возрастающим материальным благосостоянием, но и уверенностью в завтрашнем дне, в непрерывном поступательном всестороннем развитии социалистического общества, в личной сопричастности этому развитию, в том, что доля работника в распределении результатов указанного развития зависит от его собственного труда. В этом заложены огромные импульсы к раскрытию личности.

При капитализме на рабочих воздействует не только сама безработица (составляющая обычно в некризисных условиях 5—3% рабочих), а еще более страх перед безработицей, которому подвержены все рабочие. Таким образом, капиталистическая система угнетает рабочего, стремится отнять у него человеческое достоинство. Именно страх перед безработицей создает соответствующую атмосферу, в которой капиталистам удается присваивать себе ложный титул «работодателей».

«Концепция рыночного хозяйства» дает осечку как в вопросе обеспечения непрерывного роста экономики, так прежде всего в вопросе создания общественных условий для всестороннего развития личности.

Цель производства определяется отношениями собственности. Объективная цель производства всегда одновременно выступает как субъективная цель собственника средств производства. Общественная собственность означает, что все члены общества являются равным образом собственниками средств производства. Это не формальный титул собственника, а реальное экономическое отношение. Отношения общенародной собственности никому не дают привилегий и возможностей монополизировать часть общественного богатства для того, чтобы на этой основе присваивать чужой труд. Плоды общественного производства (предметы потребления) распределяются при социализме по ТРУДУ и в отношении некоторой части, например услуги здравоохранения, — по социальным критериям (или как комбинация этих двух форм распределения, например, стипендии). Целью социалистического производства может быть только удовлетворение материальных и культурных потребностей людей. Представители рыночного хозяйства возражают, что в условиях социализма общественные цели отделяются от индивидуальных, что личное подвергается угнетению со стороны коллективного, что социалистический тезис об общем благе служит якобы лишь маскировкой отсутствия у людей свободы и т. п. Все это грубое извращение фактов. Конечно, коллективизм является существенным моментом мировоззрения рабочего класса, но не в противовес развитию личности, а как его предпосылка, основа. Естественно, что имеется примат общественных интересов перед коллективными и индивидуальными, но лишь в том смысле, что осуществление первых составляет основополагающую предпосылку существования и прогресса всего социалистического общества и этим самым реализации и индивидуальных интересов. Но цель социалистического производства, смысл социализма — в удовлетворении материальных и культурных потребностей людей, в развитии их личности, а не в удовлетворении только потребностей общества.

На этот счет имеются вполне ясные и недвусмысленные высказывания классиков марксизма-ленинизма. «Возможность обеспечить всем членам общества путем общественного производства не только вполне достаточные и с каждым днем улучшающиеся материальные условия существования, но также полное свободное развитие и применение их физических и духовных способностей,— эта возможность достигнута теперь впервые, но теперь она действительно достигнута.

В. И. Ленин определял социализм как планомерную организацию общественного производства для «обеспечения полного благосостояния и свободного всестороннего развития всех членов общества» .

Иного смысла социализм иметь не может.

В нашей литературе были отдельные попытки при формулировании основного экономического закона социализма целью социалистического производства считать создание общественных предпосылок для все лучшего удовлетворения материальных и культурных потребностей людей. Это должно означать, что целью социалистического производства будто бы является удовлетворение индивидуальных и общественных потребностей. Указанная формулировка не получила поддержки. Что же понимается здесь под общественными потребностями? Потребность в безопасности, в обороноспособности страны, в накоплении и т. д.? Но все это или основополагающие условия существования социализма (при наличии империализма), или как, например, потребности в накоплении,— средство обеспечения цели. Но единственной целью в конце концов остается развитие самого человека, удовлетворение его материальных и культурных потребностей.

С изменением конкретно-исторических условий социалистического строительства модифицируется характер взаимосвязи между целью производства и средством ее достижения. Сегодня указанная взаимосвязь стала более прямой, тесной, органичной, непосредственной, чем в годы после второй мировой войны. Эта прямая связь между ростом материального и культурного уровня жизни народа и повышением эффективности общественного труда — решающий признак развитого социалистического общества.

VIII съезд СЕПГ определил основную задачу общественного развития ГДР на длительный период. Она «состоит в том, чтобы обеспечить дальнейшее повышение материального и культурного уровня жизни народа на основе высоких темпов развития социалистического производства, повышения его эффективности, научно-технического прогресса и роста производительности труда» . Товарищ Эрих Хоннекер по данному вопросу сказал в Отчетном докладе ЦК СЕПГ VIII съезду следующее: «В нашем обществе экономика является средством для достижения намеченной цели, а именно средством все более полного удовлетворения растущих материальных и культурных потребностей трудового народа. Естественно, наша партия руководствовалась данными положениями и в прошлом. Однако по мере развития социалистического общества и его экономических возможностей эта закономерная связь между производством и потребностями людей может и должна проявляться все более непосредственно и эффективно» .

Все более полное удовлетворение материальных и культурных потребностей народа неразрывно связано с более полным использованием преимуществ социалистического планового хозяйства. Планирование воспроизводственных процессов отнюдь не является вопреки утверждениям представителей рыночного хозяйства отрицанием свободы и достоинства человека. Напротив, это существенное условие создания действительно человеческих отношений. Социалистическое плановое хозяйство вовсе не обрекает коллективы и отдельных работников на пассивность, не делает их лишь простыми исполнителями приказов, а является предпосылкой и основой для развертывания их инициативы, творчества.

Классики марксизма-ленинизма неразрывно связывали гуманистическую сущность нового строя, свободу человека с планированием развития общества, его экономики.

К. Маркс писал: «Свобода в этой области может заключаться лишь в том, что коллективный человек, ассоциированные производители рационально регулируют этот свой обмен веществ с природой, ставят его под свой общий контроль, вместо того чтобы он господствовал над ними как слепая сила; совершают его с наименьшей затратой силы и при условиях, наиболее достойных их человеческой природы и адекватных ей» .

Прогнозирование будущего характерно для человеческой деятельности. В конце трудового процесса появляется результат, который уже в начале деятельности идеально был в представлении рабочего (К. Маркс). Подлинно человеческое общество возможно лишь тогда, когда этот существенный момент всякой человеческой деятельности — осознанность действий распространится на формирование общественных отношений в их совокупности и на весь воспроизводственный процесс. Следовательно, и существование общественного сознания, общенародной воли, общественного планирования является основополагающим выражением действительно человечного характера общественного строя. Эта черта присуща именно социализму. Возрастающая роль общественного сознания — преимущество социализма, а не его недостаток. К. Маркс, Ф. Энгельс, В. И. Ленин всегда подчеркивали это обстоятельство.

Понятия «ассоциированное сознание», «всеобщий контроль» они употребляли в смысле господства людей над общественными отношениями, в смысле «достойных человеческой природы адекватных ей условий» воспроизводства. Это следует из всего учения марксизма-ленинизма. Поскольку человек — существо общественное, то и общественные отношения должны формироваться истинно человеческим образом.

Человек выступает в качестве сознательного их творца. Но это возможно только через осознающую себя «ассоциацию», через «всеобщий контроль».

Отсюда следует также и понимание социального содержания планирования. В планировании, как известно, используются экономико-математические методы, сложные модели, электронно-вычислительная техника. Но сами эти методы не раскрывают существа планирования, являются лишь его инструментами, вспомогательными средствами, хоть и необходимыми, действенными. Правильные представления о планировании связаны не только с понятием общехозяйственной рациональности. Весьма далеки от истины и такие, например, взгляды на планирование, что оно-де хотя экономически и эффективно, но мало демократично.

Подлинным содержанием социалистического управления и планирования является неограниченная, полная, пронизывающая весь общественный хозяйственный механизм реализация интересов рабочего класса, всех трудящихся. Поэтому плановое управление опирается на развертывание творчества, инициативы трудящихся. Под этим же углом зрения необходимо смотреть и на процесс совершенствования социалистического планирования. Оно возможно только на путях научной обоснованности и развития демократических основ и в направлении повышения экономической эффективности и растущего удовлетворения материальных и культурных потребностей людей при все более интенсивном взаимодействии всех этих моментов. Социалистическое планирование по своей сути и функциям глубоко демократично. Это касается обеих, друг друга диалектически обусловливающих сторон — централизма и самостоятельности коллективов и отдельных трудящихся.

Конечно, буржуазному сознанию социалистический принцип демократического централизма недоступен. Буржуазные идеологи нападают на централизм, и все, как по команде, отрицают или замалчивают хозяйственную самостоятельность, которой располагают социалистические предприятия и территориальные органы и используют ее для выполнения установленных им народнохозяйственных заданий. Главным «аргументом» против централизма выставляется тезис о неких дурных воздействиях власти как таковой. Причем говорят, что вопрос стоит не о том, кто находится у власти и какие при этом преследуются цели — хорошие или плохие. Власть сама по себе будто бы вредна, поскольку она ограничивает-де свободу личности. Проблема, таким образом, в том, чтобы убрать из этого мира власть. Но как это осуществить? Ну, конечно же, через рыночное хозяйство! Его представители утверждают, что в рыночном хозяйстве никто не обладает властью. Поскольку собственность разделена между многими владельцами и каждый действует для себя, то ни один из них не располагает исключительной властью.

Подумать только, как мы затрудняем себе дело. В нашем диалектико-материалистическом понимании исторический процесс есть закономерная смена общественных формаций (первобытное общество, рабство, феодализм, капитализм, коммунизм), вызванная диалектическим взаимодействием производительных сил, производственных отношений (прежде всего отношений собственности.) и общественной надстройки (прежде всего политических отношений), которые одновременно определяют внутреннюю структуру каждой отдельной формации и т. д.

Согласно воззрениям рыночников дело оказывается куда проще. К примеру, если бы в Древнем Риме по» заботились о том, чтобы каждый рабовладелец мог бы иметь одинаковое с другими количество рабов, то и власть могла бы исчезнуть и установилась бы свобода. Последовать этой «теории» нам мешает одно: нас совершенно не интересует свобода рабовладельцев, а также свобода их последователей в деле эксплуатации, угнетении трудящихся Совершенно очевидно, что сторонники рыночного хозяйства в своей аргументации против власти спекулируют на том отрицательном опыте, который рабочие при капитализме накопили относительно чуждой им, враждебной власти. К живописаниям вредности власти еще добавляют примерно такое: «Представьте себе все это еще более концентрированным, мощным, гнетущим». Здесь они уже угрожают, запугивают, похоже, фашизмом, этим порождением капиталистической системы. Для буржуазии мыслимы как идеальные два типа политической организации буржуазного общества: открытая фашистская диктатура или «полный плюрализм», т. е. общество, где все «заботятся только о себе», как каждый капиталист (он это делает охотно и к тому же понуждается и объективными отношениями), так и каждый рабочий. Оба типа политической организации обеспечивают одно и то же — полное подчинение рабочего класса классу капиталистов. И тут явно обнаруживаются действительные вожделения буржуазного индивидуализма.

Вопрос всех вопросов здесь тот же: интересами какого класса мы руководствуемся.

Это относится также и к вопросу об импульсах, стимулах в экономическом процессе. Представители рыночного хозяйства утверждают, как упоминалось, что в условиях социалистического планового хозяйства им-пульсы хозяйственной жизни исходят лишь из центра, а «все остальные» — только исполнители. А вот в рыночном хозяйстве импульсы исходят из самих «хозяйствующих субъектов», поэтому они и эластичны и демократичны и т. п. в этом роде. Но что это за «хозяйствующие субъекты» при капитализме, которые ставят цели и организуют их достижение? Рабочие? Как раз для капитализма и характерно, что собственно носители материального воспроизводственного процесса — рабочие и все трудящиеся — фактически являются только исполнителями и именно чужих интересов. Они не могут работать, не производя капитал, чуждую, враждебную им силу? Это — причина отчуждения рабочего от продукта его деятельности.

Труд — важнейшее жизненное проявление человека, но в условиях капитализма труд не развивает в рабочих таких качеств, как товарищество, коллективное мышление, человеческое достоинство, творческий разум, мужество, так как сам процесс труда не представляет для рабочих конструктивного интереса. Указанные качества развиваются у рабочих только в процессе совместной борьбы против капиталистической системы, потому что конструктивен здесь только тот общий интерес рабочих, который связан с противодействием капитализму, с преодолением этого общественного строя.

При социализме же общий интерес рабочего класса конструктивен относительно развития всех сторон общественной жизни, в том числе и прогресса в народном хозяйстве. Как видно из рассмотрения взаимосвязей общественных, коллективных и индивидуальных интересов, движущие импульсы в экономике при социализме исходят из коренной согласованности этих интересов. Конечно, важным источником импульсов является и центральное управление и планирование. Но эти импульсы реализуются не только в форме внешних воз-действий между организациями, например между Госпланом, министерством и предприятием, но в своей первооснове — в качестве внутренних отношений между общественными, коллективными и индивидуальными интересами одних и тех же индивидов.

Все это осуществляется не в форме какого-то механического, до деталей выверенного скучного процесса, а в напряженном труде, в ежедневных поисках лучших решений, во взаимных воспитательных воздействиях, в борьбе мнений, а также подчас и через отклонения и ошибки. Это живой процесс функционирования социа-листической демократии, который движет вперед все общество. Импульсы к прогрессу экономики имеют своим источником не только центр. Они вообще не локализуются в одном пункте, как при капитализе (здесь дви-жущее начало хозяйственного процесса как раз строго локализовано — это интерес капиталистов, который не согласуется ни с общественными интересами, ни с интересами рабочих).

Превосходство социализма состоит не только в наличии общественного разума, а в том, что он направлен на согласованное удовлетворение общественных, коллективных и индивидуальных интересов, он становится достоянием отдельных трудящихся, требует от них инициативы и поощряет ее. Здесь трудящиеся не только исполнители, но и творцы. А там, где они выступают исполнителями управленческих решений, то не во имя чуждых им интересов.

Необходимо сделать замечание по поводу «принципа производительности». Представители рыночного хозяйства иногда именуют восхваляемый ими общественный порядок «обществом производительности», «обществом прилежания», поскольку свободная конкуренция будто бы прилежание вознаграждает, а менее прилежных наказывает и т. п. А социализм у них, конечно, — противоположность этому. Если бы вообще возможно было при определении общества руководствоваться тем, осуществляется или не осуществляется в нем принцип прилежания, то мы решительно возразили бы против прикрытия капитализма того и этого наименования и по-настоящему претендовали бы на такое наименование для социализма. Конечно, никто не оспаривает того, что конкуренция исторгает сильные импульсы, которые влияют и на научно-технический прогресс, «вознаграждают» того капиталиста, который быстрее, действеннее реализует научно-технические достижения. Но дает ли это право декларировать капитализм как «общество производительности», «общество прилежания»?

Во-первых, мерой распределения созданного трудом общественного богатства является не труд, а капитал. Огромные паразитические доходы собственников капитала никак не связаны с их трудом. Это видно еще нагляднее в свете известного отделения функций управления капиталом от его собственности. Впрочем, буржуазные идеологи стремятся преувеличить, абсолютизировать, приукрасить это отделение, выдать даже его за прогрессивное изменение самого характера собственности. Не говоря о том, что последнее является элементарным и давно разоблаченным обманом, надо заметить, что и доходы многих менеджеров не зависят от их индивидуального трудового вклада. Современные исследования показывают, что вызванное введением менеджемента некоторое внешнее отделение управления от собственности теперь в значительной мере снова снимается, так как крупные менеджеры все более превращаются в крупных акционеров. Теперь первая пятерка высших управляющих крупнейшими американскими компаниями, как правило, миллионеры. Если в начале 40-х годов они владели акциями на сумму в среднем 400—600 тыс. долл., то теперь эта величина составляет в среднем 2— 3 млн. долл. Указанные суммы ведут свое происхождение даже не столько от необычайно высоких окладов и различных доплат к ним, сколько от прямых «подарков», например, в виде привилегии приобретения по номинальной стоимости акций, рыночный курс которых значительно выше. Подношения этого вида составляют сегодня от трети до половины всех доходов американских высших менеджеров И если какой-нибудь член ряда наблюдательных советов «зарабатывает» в сто раз больше, чем даже квалифицированный рабочий, то, разумеется, это не означает, что и работает он в сто раз больше или что он в сто раз умнее, не говоря о других человеческих качествах.

При социализме, где все члены общества в равной мере собственники средств производства, только труд, индивидуальный труд может быть мерой распределения.

Градации трудового вознаграждения на разных работах определяются не только абсолютными различиями в затратах индивидуального труда (например, у инженера и рабочего), но и общественными требованиями обеспечения достаточного стимула для роста производительности, квалификации и т. д. В тенденции, по мере развития социализма, уменьшаются различия в уровне квалификации, а следовательно, и доходов. Последнему способствует также повышение получаемых минимальных доходов.

При социализме все граждане имеют не только одинаковые «стартовые условия», но и объективно одинаковые условия развития. В капиталистическом мире часто высказывается тезис о необходимости создания одинаковых «стартовых» условий» для всех. Это лишь дополнительно свидетельствует о фактической социальной несправедливости этой системы. Но, кроме того, возникает вопрос: одинаковые, «стартовые условия» для чего? Для новой конкурентной борьбы всех против всех? Для гонки за привилегиями, которые должны приобретаться на службе господствующему классу по примеру менеджеров? Разве это выход для рабочего класса, для трудящихся в целом? Одинаковые шансы в капиталистическом мире понимаются прежде всего как равные шансы на образование. Капиталистическая система не устраняет привилегий господствующих классов в образовании. Да, кроме того, и доходы зависят в первую очередь не от образования, а от владения капиталом, а также от привилегий, которые господствующие классы предоставляют за «верную службу». Социально-экономическое освобождение рабочих как класса возможно только через обобществление средств производства. До тех пор пока существует капитализм, доходы рабочих будут регулироваться не законом распределения по труду, а законом стоимости, борьбой рабочего за возможно более высокую цену за товар — рабочую силу.

Во-вторых, распределение между монополиями созданного трудом богатства зависит не только от результатов, в основе которых лежит действительная экономия времени, а от растущей интенсификации труда, от спекуляций, всяческого обмана и т. д. Действие закона стоимости в условиях современного капитализма сопровождается крупными извращениями в общественной оценке фактических затрат труда. Здесь необходимо добавить, что по мере прогрессирующей монополизации и усиливающегося слияния монополий с капиталистическим государством прибыли монополий оказываются все менее связанными с риском и даже с традиционным пониманием затрат и результатов в условиях рыночного хозяйства. Осуществляется растущий по объему и интенсивности процесс перераспределения доходов в пользу монополий, связанный с перекладыванием прежнего частнокапиталистического риска на государство, в конечном счете на трудящихся.

В условиях социализма, как отмечалось, использование товарно-денежных отношений является необходимым элементом общественной оценки результатов труда, прежде всего на уровне предприятия. Социалистическое общество в состоянии правильно соединить коллективные интересы с общенародными и этим успешно закрыть источники образования такой прибыли, в основе которой не лежит действительное созидание. Конечно, это должно рассматриваться не как нечто само собой данное, а как постоянно решаемая задача.

Диалектическое сочетание общественного, коллективного и индивидуального интересов не исчерпывается материальной заинтересованностью, как это обычно понимается. Конечно, социалистическая система управления, планирования и стимулирования проводит в жизнь принцип, что каждый трудящийся может реализовать свои индивидуальные интересы в той мере, в какой его труд имеет общественно полезный характер. Это касается и реализации интересов коллектива предприятия. Формирование и совершенствование конкретного хозяйственного механизма так, чтобы этот принцип реализовался полнее, было и остается важнейшей и сложнейшей задачей. Если рабочий приобретает более высокую квалификацию, чтобы больше зарабатывать, то это материальная заинтересованность в узком смысле. Если он одновременно стремится внести больший вклад в выполнение задания его предприятием, то здесь в определенной степени выражается и материальный интерес. Действие экономических интересов проявляется и тогда, когда к личным мотивам рабочего присоединяется стремление укрепить экономику своего государства. Но такой образ поведения, определяемый экономическими интересами, включает и соответствующие теоретические представления, идейные убеждения, осознание своего долга, т. е. одновременно и идеальные импульсы. Большую роль здесь играют политические, социальные мотивации. Отсюда ясно, что соединение общественных, коллективных и индивидуальных интересов не сводится к механизму экономических рычагов, а включает и действие идеальных движущих сил.

Особенно сильно стимулирует инициативу трудящегося объективное включение его интересов в систему интересов коллектива и общества, а также порожденная практическим опытом и теоретическим пониманием уверенность в том, что, повышая квалификацию, производительность труда, внося новаторские предложения, он приносит пользу не только себе, но проявляет себя как гражданин социалистического государства, как представитель ведущего класса общества, получает как материальное поощрение, так и общественно-политическое и моральное признание.

Инициатива рабочих, их производственное рационализаторство на капиталистических предприятиях крайне незначительны не из-за отсутствия или недостаточности вознаграждения, а потому, что вся эта материальная заинтересованность мимолетна и сводится лишь к узкоиндивидуальной выгоде. Рабочий на капиталистическом предприятии не может рассчитывать, что подобной активностью он добьется признания своих товарищей.

Соответствие индивидуальных интересов трудящихся коренным интересам социалистического общества в целом — это не пропагандистское учение, а упрямые факты реальной жизни.

Централизованное управление и планирование народного хозяйства ведут к более высоким экономическим результатам не только потому, что координируют действия людей, но и потому, что являются основополагающим условием для развития присущих общественной собственности движущих сил. Именно централизованное плановое управление делает общенародные интересы ощутимыми, контролируемыми, дает людям ясное представление, что их дела подчинены благородной цели, их труд вознаграждается обществом в самом полном и высоком смысле.

Процесс разработки и утверждения планов (плановые дискуссии, отработка взаимосвязей между плановыми показателями предприятия и индивидуальными заданиями работникам, личная инициатива трудящихся в уточнении государственных плановых установок и т. д.) важен как для повышения экономической эффективности и развития социалистической демократии, так и для развития социалистических личностей, их морально-политических и деловых качеств. К элементарным и неоспоримым истинам нашего времени относится тот факт (который в «теории рыночного хозяйства» без обиняков отрицается), что социализм дал выход огромной социальной энергии и продолжает ее высвобождать в растущих размерах. Из всех их рассуждений может быть сделан один вывод: социализм исторически не преодолим, и его движение остановить невозможно.

Источник: Ник Г. «Рыночное хозяйство — Миф и действительность» 1976 год

Comments are closed .