Рубрика: Экономика СССР

«Социалистическая рыночная экономика» — одна из антисоциалистических концепций общественного развития

В недалеком прошлом «теория рыночного хозяйства» была модернизирована весьма своеобразным способом. Если говорить точнее, то это «растение» дало новый «побег» — «рыночный социализм». Он похож на материнское растение, однако предназначен для выращивания на другом участке, охраняемом другим сторожем. Но если рассматривать данное обстоятельство исключительно под углом зрения места культивирования, то можно прийти к заключению, что в данном случае имеется в виду «рыночный социализм» не в том виде, в каком его, к примеру, описал К. Немитц в своей книге под таким же названием. Он говорит о «хозяйственно-политической концепции немецкой социал-демократии», возвещающей о намерении «улучшить» теперешний капитализм. Речь идет, скорее, о попытках внедрить принципы рыночного регулирования в реально существующие условия социалистического общественного строя. Актеры, участвовавшие в спектакле по реализации этой концепции на практике (лето 1968 г., ЧССР), пережили теоретический и политический провал. Тем не менее весьма актуальной остается задача борьбы с концепциями «рыночного социализма» и не только для понимания новейшей истории классовой борьбы двух систем, но и потому, что попытки «внедриться», «просочиться» в социализм, разрушить его изнутри полностью соответствуют главной стратегической линии борьбы империализма против социализма в современных условиях.

Для ответа на вопрос, почему в последние годы империалистическая и ревизионистская идеология столь рьяно пропагандирует «теорию рыночного социализма», важно учесть следующие два момента.

  • Во-первых, империалисты прилагают все усилия для того, чтобы наилучшим образом приспособиться к изменившемуся в классовой идеологической борьбе соотношению сил. Прямая, открытая клевета на социализм и слишком примитивные методы восхваления капитализма плохо действуют. Поэтому они дополняются более гибкой, более утонченной аргументацией, позволяющей еще больше затушевывать стратегические цели империализма. Здесь весьма кстати оказалась и буржуазная интерпретация механизма рыночной конкуренции.
  • Во-вторых, многие социалистические страны вступили в стадию развитого социализма, что, естественно, поставило на повестку дня новые сложные вопросы совершенствования экономического механизма. Империалистическая идеология стремилась и стремится активно «включиться» в этот процесс поиска более совершенных методов управления и планирования социалистического хозяйства, направить развитие социализма таким образом, чтобы это соответствовало ее долгосрочным стратегическим целям. Эта тактика нашла яркое выражение в формулировке понятия «либерализации социалистических стран». Само собой разумеется, на место главных действующих лиц здесь выдвинуты ревизионисты. «Пересадка» капиталистического по своей природе механизма рыночной конкуренции в организм социалистической экономики («теория рыночного социализма») должна стать тем зародышем, который по замыслу должен повлечь за собой эволюцию всего организма, цель которой в конечном счете создать условия для «ползучей» контрреволюции.

С теоретико-исторической точки зрения данный «рыночный социализм» является продуктом исключительно буржуазного мышления. Так, это вытекает из факта идентичности ряда его важнейших положений «неолиберальной теории». «Рыночный социализм» — один из вариантов современных буржуазных антисоциалистических теорий. Это означает, что положения «рыночного социализма» по вопросу об экономической роли государства родственны кейнсианству и не имеют ничего общего с марксистско-ленинским пониманием социалистического планирования. Теория «рыночного социализма» является результатом и звеном общего процесса эволюции антисоциалистического использования буржуазной идеологией принципа рыночного регулирования.

Этот принцип издавна играл важную роль в идеологической диверсии империализма против социализма. В зависимости от объективных условий международной классовой борьбы методы его использования дифференцировались. Здесь можно выделить следующие этапы.

  1. На первых порах мнимое превосходство рыночного регулирования использовалось для «доказательства» нерациональности социалистического хозяйства. Как было показано, особую роль здесь играла «неолиберальная» школа, по своим основным теоретическим посылкам тесно примыкавшая к экономическому либерализму классической буржуазной политической экономии. Ее «теория централизованно управляемого хозяйства», с одной стороны, и «свободного рыночного хозяйства» — с другой, преследовала цель «доказать» нерациональность управления экономикой в централизованном порядке, что, естественно, отождествлялось с социализмом, а также неустойчивость любых смешанных форм.
  2. Если во времена «холодной войны» «теория централизованно управляемого хозяйства» и «свободного рыночного хозяйства» выполняла функции прямой, открытой клеветы на социализм и беззастенчивого восхваления капитализма, то сейчас к этому добавилось нечто новое. В соответствии с изменением тактики империализма отныне социалистическим странам рекомендовали строить «рыночный социализм». Существенно здесь и то, что правые ревизионисты, превратившиеся в ярых защитников «рыночного социализма», полностью переняли доводы буржуазных идеологов, используемые ими для клеветы на социалистическое плановое хозяйство и прославления рыночного регулирования. Собственный «вклад» ревизионистов состоял лишь в их «искрением» желании «прочно» укоренить в социалистическом обществе объективно присущий капитализму механизм регулирования свободной конкуренции.
  3. После того как ревизионисты потерпели политическое фиаско в ЧССР, «теория социалистического рыночного хозяйства» была вынуждена уступить часть своих позиций в идеологической борьбе империализма против социализма широко рекламируемому сторонниками теории конвергенции «учению о смешанном обществе», а также разного рода «теориям индустриального и постиндустриального общества», «эпохи технократов» и т. д. и т. п. Ревизионисты типа О. Шика совершенно недвусмысленно объявили себя сторонниками теории конвергенции. Духовное родство этой теории с «рыночным социализмом» очевидно, так как она предполагает, что «смешанное общество» станет реальностью, если навязать социализму рыночные регуляторы.

Несомненно, что попытки буржуазных идеологов и их ревизионистских подголосков рекомендовать социалистическим странам механизм рыночной конкуренции в той или иной его форме, в виде той или иной теории, чтобы повлиять на развитие социализма в этом направлении, будут практиковаться и в дальнейшем, поскольку подобные теории отвечают требованиям долгосрочной стратегии империализма. Выше уже говорилось, что собственный «вклад» ревизионистских приказчиков «рыночного социализма» весьма и весьма незначителен. Они полностью переняли не только основные идеи буржуазного экономического либерализма, но и «утонченную», дифференцированную аргументацию «неолибералов» и их последователей вплоть до отдельных деталей. В качестве ответной услуги они снабжают буржуазную идеологию «свидетельскими показаниями» из первых рук, служащих целям клеветы на социалистический строй, на социалистическое плановое хозяйство. Само собой разумеется, что буржуазные идеологи спешат тотчас же объявить этих «главных свидетелей» ведущими учеными-экономистами «восточного блока».

Основная идея «рыночного социализма» сводится к следующему: все экономические решения принимает производственное предприятие; лишь оно одно определяет, что и в каком количестве следует производить, что, в каких количествах и по каким ценам следует покупать или продавать. И хотя в описаниях этой системы ее изобретателями есть множество различных нюансов, общими для всех являются следующие требования.

  1. Определяемый централизованно государственный план устанавливается хозяйственной единице исключительно «для информации», он не содержит никаких обязательных для предприятия заданий. Этот «план» дает им общую ориентировку и является своего рода «макроэкономическим прогнозом конъюнктуры». По поводу сказанного следует заметить: а) то, что предлагается, не только не улучшает планирования, но и не является планированием вообще; б) предлагаемое намного меньше того, что делает империалистическое государство в целях экономического регулирования, осуществляемого в централизованном порядке.
  2. Государство воздействует на изменение структуры хозяйства, во-первых, путем осуществления экстенсивных капиталовложений, финансируемых непосредственно им, и, во-вторых, через налоговую и кредитную политику.
  3. В рамках общих условий хозяйствования (правовые нормы общего гражданского права, в первую очередь хозяйственного права, а также налоговой и кредитной политики) существует полная автономия предприятий — «полное отделение предприятий от государства».
  4. Господствует свободное ценообразование, зависящее от колебаний товарного спроса и предложения на рынке.
  5. Трудовой доход трудящихся полностью зависит от рентабельности предприятия. Центральным критерием эффективности является так называемый валовой доход, т. е. выручка за минусом затрат на сырье и материалы, а также амортизационных отчислений (иначе говоря, заработная плата + прибыль). Коллектив предприятия или его представители принимают решение об использовании валового дохода на цели накопления и потребления. Руководит предприятием орган, избираемый коллективом работников.

Экономическая эффективность этой системы обусловливается, по мнению ее изобретателей, следующими двумя факторами.

  1. Поскольку хозяйствующие единицы связаны только через рынок, их производство будет якобы ориентироваться на реальный спрос, а не на какие-то там «плановые цифры». Через рыночный механизм предприятие станет получать информацию об изменении спроса, конъюнктуры. Рынок, а не план в этих условиях становится регулятором производства.
  2. Конкуренция на рынке является решающей движущей силой экономического процесса; рынок превращается в «арбитра» по спорным вопросам рациональности хозяйственной деятельности предприятия.

Правильная оценка объективного воздействия рыночного регулирования при социализме, оценка тех политических целей, которые преследуются использованием «теории рыночного социализма», возможна лишь при условии восприятия социализма как единого целого, как общественной системы.

Социализм может успешно развиваться только как совокупность всех его основных элементов и их определенных взаимосвязей и взаимозависимостей (структура системы). Каждый элемент существует только в связи с другими, воздействие всех элементов является условием существования каждого отдельно взятого элемента. И наоборот, отсутствие или замена одного из них чуждым для данной системы элементом в конечном счете приведет к разрушению этой системы в целом. Сказанное относится в первую очередь к элементам, определяющим характер системы:

  • политическая власть рабочего класса и руководящая роль его партии во всех сферах общественной жизни;
  • общественная собственность на средства производства;
  • между народная солидарность стран социалистического содружества, и в частности их прочный союз и сотрудничество с Советским Союзом

Именно против этих определяющих характер всей системы элементов нацелена империалистическая пропаганда, в той или иной степени несущая на себе маску «дружественных» рекомендаций по «улучшению» отдельных сторон социализма.

Чрезвычайно важно использовать в борьбе против идеологии и политики империализма именно системный подход. Задача в том, чтобы показывать глубину и неустранимость противоречий империализма как системы; обусловленность их в конечном счете антагонизмом между общественным характером современных производительных сил и частнокапиталистическим, монополистическим присвоением. Все социальные, экономические и политические формы проявления противоречий империализма объясняются их системной принадлежностью. И наоборот, должны быть сведены на нет усилия буржуазных идеологов, направленные на то, чтобы отрицать эту обусловленность политических, экономических и социальных противоречий империалистических стран существующей общественной системой, выдавать их за вполне исправимые изъяны (недостатки) или же за неустранимые последствия явлений, «нейтральных» к данной системе (например, автоматизации). Одновременно необходимо бороться с их попытками преувеличивать, раздувать случайные, преходящие и в любом случае неантагонистические противоречия процесса социалистического строительства, изображать их в качестве неких антагонизмов, якобы внутренне присущих системе социализма, а также с попытками считать чуждыми социализму отдельные важные моменты и факторы социалистической экономики (например, товарно-денежные отношения).

Только с этих позиций можно правильно оценить рыночное регулирование, проанализировать его воздействие на систему социализма в целом.

Не может быть сомнения в том, что рыночное регулирование соответствует уровню развития производительных сил домонополистического капитализма и адекватных ему отношений собственности. Тип экономического регулирования той или иной системы обусловливается объективными причинами, и в первую очередь общественными отношениями. Процесс регулирования является не чем иным, как механизмом воздействия общественных (социальных) движущих сил конкретного способа производства. Закон соответствия производственных отношений характеру производительных сил гласит, что каждая исторически определенная ступень развития производительных сил требует таких производственных отношений, которые являются формами развития этих производительных сил, т. е. той движущей силой, которая приводит их в движение и содействует максимальному использованию возможностей роста, внутренне присущих производительным силам. Поэтому неправильным следует считать тот подход, при котором заранее допускается, что применяемая система регулирования хозяйства может быть «свободно» выбрана, и весь вопрос будет состоять лишь в теоретическом толковании и практическом организационном освоении этой системы. Те из буржуазных экономистов, которые признают необходимость планирования в общегосударственном масштабе, именно таким образом подходят к рассматриваемой проблеме. И это вполне понятно, ибо в противном случае им пришлось бы признать, что с исторической точки зрения капиталистический общественный строй является анахронизмом. Так, известный буржуазный экономист Ф. Поллок сводит планирование к проблеме получения необходимой информации.

Безусловно, проблема получения, передачи и обработки информации имеет большое значение для планирования народного хозяйства. Но дело не только в этом. К тому же и получение информации является в первую очередь пе технической, а социальной проблемой.

Решение информационной проблемы народнохозяйственного планирования невозможно в рамках существования капиталистической частной собственности. Для современных ревизионистов проблема регулирования равным образом представляется проблемой, почти не имеющей никакого отношения к производственным отношениям.

Несомненно, одной из важнейших предпосылок «успешной» защиты буржуазными идеологами и ревизионистами «рыночного социализма» является полное игнорирование ими основных положений марксистско-ленинской теории.

При оценке данной «рыночной концепции» важно понять, что речь идет вовсе не о создании более эффективной системы планирования и управления социалистическим хозяйством, а в конечном счете о самом существовании социализма.

Источник: Ник Г. «Рыночное хозяйство — Миф и действительность» 1976 год

Comments are closed .